Что такое "Трудная проблема сознания" и почему материалисты зашли в тупик?
В спорах с учеными-материалистами часто можно услышать, что "Мозг - это компьютер, а сознание - это просто его программа, а все ваши мистические переживания - это глюки нейросетей". Звучит солидно, но на самом деле современная наука здесь заходит в тупик. Она до сих пор понятия не имеет, как работает наше сознание.
В 1994 году философ Дэвид Чалмерс разделил изучение сознания на две части и назвал их "Легкими проблемами" и "Трудной проблемой".
"Легкие проблемы" (которые на самом деле тоже сложные)Это технические вопросы для учёных - когнитивистов.
Например:
Как мозг переводит свет, упавший на сетчатку глаза, в картинку?
Как мы запоминаем слова? Как мозг управляет телом во сне?
Для решения этих вопросов у науки есть понятный метод. Можно подключить к голове датчики, увидеть, какие зоны мозга вспыхивают, и проследить путь электрического сигнала по нервным клеткам. Это как разобрать по деталям сложный будильник или компьютер, всё механически понятно.
В чем же тогда "Трудная проблема"?Она начинается там, где механика бессильна. Это вопрос о нашем внутреннем личном опыте.
Представьте себе суперсовременную камеру на смартфоне. Она "видит" красный цвет, мгновенно обрабатывает миллиарды пикселей, фокусируется и делает идеальный снимок. Но сама камера при этом ничего не чувствует. По крайней мере, у нас нет ни малейших оснований полагать, что она что то переживает.
Для неё красный цвет - это просто цифры, код, комбинация сигналов на плате. Внутри камеры абсолютная пустота и темнота.
А теперь посмотрите на человека. Когда мы смотрим на закат, наш мозг тоже обрабатывает сигналы. Но мы при этом субъективно чувствуем красоту этого заката. Мы ощущаем сочность красного цвета, тепло, грусть или восторг. У нас внутри крутится "внутреннее кино".
И вот тут Чалмерс задает ученым материалистам убойный вопрос - "Почему мы не работаем как эта цифровая камера?"
Ведь для того, чтобы выжить, убежать от хищника или найти еду, нашему телу было бы достаточно просто перерабатывать информацию на уровне биоробота, без всяких чувств.
Главный тупик наукиМатериалисты упрямо твердят, что мозг сам по себе рождает сознание. Но ни физика, ни химия, ни нейробиология до сих пор не могут объяснить самый главный фокус- как технические сигналы приборов превращаются в живое кино у нас внутри? Как электрический импульс и вспышка синапса становятся сочным красным цветом, острой болью или мистическим восторгом?
Наука научилась превосходно описывать датчик. Но она споткнулась о сам факт существования того, кто смотрит на приборы.
И это признают не какие то там "эзотерики", а сами ученые первой величины.
Нейробиолог Кристоф Кох, посвятивший десятилетия поискам "кода сознания" в извилинах, открыто признал, что фиксация вспышек в мозге - это не объяснение природы ума.
Он даже проиграл ящик вина в 25 летнем споре философу Дэвиду Чалмерсу. Он признал что наука за четверть века так и не разгадала эту загадку. Сам Чалмерс до сих пор считает свою "Трудную проблему сознания" абсолютно нерешенной.
А главный материалист 20го века Дэниел Деннет и вовсе не нашел ничего лучше, как просто объявить наше сознание "иллюзией"

. Когда ученый предлагает сделать вид, что проблемы не существует - это само по себе звучит как капитуляция и вообще иррационально.
Трудная проблема остается открытой потому что живой субъективный опыт человека - принципиально выходит за рамки того, что ученые способны измерить своими приборами. И это признание естественных границ её метода.
Сказка про Мери ( для наглядности)Философы часто используют мысленные эксперименты, и один из самых известных принадлежит Фрэнку Джексону. Она идеально показывает, где именно ломается логика материалистов .
Представьте себе девушку по имени Мэри. Она - гениальный ученый, нейробиолог с мировым именем. Мэри знает о цвете абсолютно всё. Она может до мельчайших подробностей расписать, какая длина волны у каждого оттенка, какие нейроны в этот момент активируются в голове и какие химические вещества выделяются в мозге, когда человек смотрит, например, на спелое красное яблоко или на чистое небо. В своей науке она бог.
Но есть один нюанс. Мэри всю жизнь, с самого рождения, прожила в абсолютно черно - белой комнате. Она видит мир только через старый черно - белый монитор. Она никогда в жизни не видела ни одного настоящего цвета.
Только бесконечные оттенки серого, черного и белого. Все ее колоссальные знания о цветах, это просто сухие формулы, графики и текст в книгах.
И вот в один прекрасный день Мэри выпускают из этой комнаты на улицу. Ей протягивают спелое, сочное, ярко красное яблоко. Она смотрит на него своими собственными глазами.
И вопрос на засыпку, узнает ли Мэри в этот момент что то новое?
Любой нормальный человек ответит, "Ну конечно! Она наконец-то увидела, как выглядит красный цвет!"
Но вот для материалистов здесь зарыта мина огромной разрушительной силы. Ведь если Мэри до этого знала абсолютно все физические факты о цвете, но потом, выйдя из комнаты, она узнала что-то новое --- то
это значит, что в нашем мире есть вещи, которые нельзя объяснить одними только физическими фактами.
Знать формулу красного цвета и субъективно чувствовать этот красный цвет, восхищаться им - это принципиально разные вещи.
Формула лежит в учебнике или в нейронных связях мозга. А само живое переживание цвета не сводится к этой формуле. И именно этот факт материалисты упорно пытаются объявить "просто иллюзией" или "шумом нейронной мозаики".
Эта история про Мэри - отличный щелчок по носу тем, кто считает, что человека можно разобрать на винтики и шестеренки. И полностью объяснить через биологию. Наше сознание это не сухой отчет о работе мозга, это живое переживание. И сколько бы критики ни тыкали в графики активности зон мозга, они изучают лишь черно - белый монитор в комнате Мэри. И полностью упускают из виду сам потрясающий цветной мир, который открывается человеку в его глубоком внутреннем опыте.